Профессия педагога может восприниматься по-разному, для одних это осознанный выбор и призвание, для других — вынужденный путь. Настоящая эффективность учителя зависит от внутренней мотивации. Если это призвание, человек работает с отдачей и вдохновением. Когда педагогика становится «безысходностью», это может снижать качество образования и отношение к ученикам.
По мнению эксперта в сфере образования, магистра по управлению образованием Вардуи Кургинян, популярность профессии учителя в сельской местности часто обусловлена не интересом, а ограниченным выбором работы.
«По моим наблюдениям, профессия учителя популярна только у тех молодых людей, кто живёт в регионах или селах, потому что у них нет альтернативных мест работы. В большей части у девушек профессия популярна, у парней — нет. Почему? Исходя из ранее сказанного, делаю вывод, представители мужского пола в селах и регионах едут на заработки. После получения образования девушки выходят замуж, а после замужества единственный вариант работы в селе это стать учителем, других вариантов нет. Поэтому эта профессия популярна с точки зрения обстоятельств, а не интереса», — говорит она.
В крупных городах профессия учителя теряет популярность среди молодежи из-за наличия более привлекательных альтернатив. Низкий уровень оплаты труда снижает престиж педагогической профессии. В регионах (например, в Ниноцминде и Ахалкалаки) учитель может считаться относительно хорошо оплачиваемой профессией, что делает её более привлекательной.
«Что касается жителей больших городов: когда я поступила в магистратуру на факультет «Руководство образованием», у нас на курсе было очень мало молодежи, и по их наблюдениям профессия учителя была непопулярна. Общая программа нашего факультета, программы по развитию учителей, направлены на популяризацию профессии учителя в Грузии, потому что постепенно эта профессия претерпевает регресс. Молодёжь не хочет выбирать эту профессию. В Ниноцминде и Ахалкалаки профессия учителя оплачивается достаточно хорошо. Но когда ты приезжаешь в Тбилиси, где есть альтернативы, профессия учителя считается низкооплачиваемой».
В последние годы ситуация показывает, что образование сталкивается с рядом специфических проблем, особенно в сфере преподавания естественных наук и государственного языка.
«Когда начал развиваться наш регион (Джавахети ред.), больше внимания стали уделять изучению государственного языка. Выбирая профессию учителя и открывая факультеты, большую популярность получило изучение грузинского языка. Этот предмет также популярен у молодежи, которая приезжает и обучается на филолога или на пятилетней специальной программе для начальных классов. Я согласна с мыслью, что через несколько лет может не быть учителей других предметов. У этого есть несколько причин.
Я уже говорила про пятилетнюю программу для начальных классов. Для остальных предметов таких программ нет. Например, чтобы стать учителем химии, нужно сначала стать химиком, а затем сдать экзамен на учителя, пройти шестидесятикредитную годовую программу и получить статус учителя. В целом нет учителей по химии, физике, биологии, географии — факультетов по этим предметам в Грузии не существует. Одно дело знать предмет, другое — стать учителем этого предмета. Поэтому дети, выбирающие химию или физику как профессию, не могут продвигаться дальше из-за отсутствия базы».
Вардуи Кургинян считает, что студенты, осваивающие профессию учителя, сталкиваются с многочисленными проблемами и препятствиями, например «неконкурентностью».
«Наш регион не даёт основу для естественных наук, чтобы быть конкурентоспособным, продвигаться и после бакалавриата стать учителем. Это связано с отсутствием специалистов в регионах. Они доходят до конца и понимают, что продолжать нет смысла. Очень немногие идут до конца», — говорит она.
Несмотря на усилия по привлечению молодых специалистов, ситуация с кадровым обеспечением школ в регионах остаётся сложной. Ранее существовали меры, облегчающие обновление педагогического состава, однако проблемы с нехваткой учителей, особенно по естественным наукам, сохраняются.
«Несколько лет назад найти работу учителем было легче, так как в Грузии действовала программа: учителям пенсионного возраста выплачивалась зарплата за два года, чтобы они могли оставить работу и уйти — это было своего рода компенсацией. Освобождались места для молодых кадров. За два года примерно 900–1000 учителей ушли из системы. Пришли новые кадры в регионы, и в тех районах, где не было специалистов, начали появляться новые учителя. Как-то справлялись и до сих пор справляются: там, где нет кадров, ситуация остаётся прежней. В основном это касается естественных наук — там, где нет молодых специалистов, вынуждены работать имеющиеся кадры».
С ростом числа молодых специалистов некоторых предметов, ситуация на рынке труда для учителей стала более конкурентной. Особенно это касается преподавателей, владеющих государственным языком и работающих в сфере естественных наук, где требования к кадрам остаются высокими. Старые преподаватели зачастую не спешат уступать свои места новым, что усложняет обновление кадрового состава.
«Раньше у молодых специалистов, знавших государственный язык, было больше возможностей найти работу. Сейчас конкуренция усилилась. Кадров стало больше, и найти работу в регионах стало сложнее, а в Тбилиси — тем более. Кроме того, в сфере естественных наук существуют строгие требования: специалисты должны соответствовать установленным критериям, которых нет у новых кадров, поэтому найти работу сложно. И третье: старые кадры не хотят уступать свои места новым, потому что программа компенсации за два года уже отсутствует»,- говорит Вардуи Кургинян.