Рима Марангозян родом из Ахалкалаки. Сегодня она уже год живет и работает в Германии, в городе Хемниц. Германия стала не первым ее международным опытом. С чего начинается путь за пределы страны, к новым возможностям? И что теряют на этом пути молодые люди из Грузии.
Свой путь к независимости, путешествиям и новым возможностям Рима начала еще в школьные годы, когда ее выбрали для участия в программе FLEX, финансируемой США. Этот опыт стал для нее первым серьезным шагом за границу и открыл новые перспективы. Позже она продолжила обучение в Норвегии, где провела один семестр в университете.
Несмотря на уже имеющийся международный опыт, о волонтерских программах Рима долгое время не задумывалась. Идея стать волонтером пришла к ней гораздо позже и в итоге привела ее в Германию.
«Я долгое время знала о программе еще со студенческих времен, но несерьезно относилась к ней, потому что была больше нацелена на образовательные программы Erasmus. К тому же я была студенткой и думала, что это за волонтерство. Я тогда уже работала в Грузии. И вот так серьезно не относилась, считала, что по этой программе может поехать кто угодно. И, если честно, по сравнению со студенческими программами критерии здесь были намного легче.
Если по образовательным программам нужно было иметь высокие баллы, рекомендации и так далее, то тут все проще: если ты понравишься организации, то все. У меня много знакомых по этой программе ездили в Европу. «Корпус европейской солидарности» так называется программа. Ты можешь быть волонтером от одного месяца до двенадцати месяцев максимум. Я приехала на год», — рассказывает она.
В жизни каждого человека бывает личность, которая оказывает сильное влияние, формирует стремления и мечты. Стремление увидеть Германию у Римы пробудила учитель по гражданскому образованию и на тот момент представитель омбудсмена в Ахалкалаки Седа Мелкумян. Рассказы о Германии и о том, что она увидела во время рабочей поездки, у тогда еще школьницы посеяли интерес к этой стране. Еще больше интерес у Римы появился после первой поездки в Берлин.
«Я долгое время хотела пожить в Германии. Сюда попала после многих поездок и путешествий. Когда впервые поехала в Берлин, у меня появилось желание увидеть всю Германию. Но решение переехать в большей степени связано с политической ситуацией в Грузии. Я приехала в Германию в прошлом году в феврале.
Так как уже на тот момент была очень напряженная ситуация, связанная с журналистами и общественными организациями. Тогда я работала в НПО, была журналистом-фрилансером в СМИ и участвовала в медиапроекте. Из-за проблем, связанных с принятием законов и финансирования закрылся Медиа Лаб GIPA, где я работала. Но еще до того, как все закрылось, я подалась на эту программу и ждала визу. Однако ситуация сильно повлияла на меня, потому что я была и журналистом, и общественным деятелем, и активисткой.
В какой-то момент я просто потеряла себя. Бывало, что мы с подругой не ходили на митинги, смотрели прямые эфиры и плакали от того, как все поменялось и что происходит. Это было сильное психологическое давление на меня. В итоге поездка в Германию была не побегом, а паузой, чтобы понять, чего я хочу, для чего я это делаю и хочу ли продолжать заниматься тем, чем занимаюсь», — рассказывает она.
На какое-то время Рима вернулась в родной город и работала онлайн, но ее беспокоило, что она больше не сможет участвовать в протестах.
«До того как уехать, я на несколько месяцев вернулась домой, в Ахалкалаки. Это тоже было резкое изменение. Не в плохом смысле, просто все отличалось. Я просто ожидала визу. Но из-за того, что ее получение затянулось больше, чем планировалось, я осталась в Ахалкалаки и работала из дома. Самым сложным было принять, что другие будут бороться, в том числе мои друзья, а я нет. Для меня это было моральным побегом. В первое время, когда я приехала в Германию, я все еще следила и интересовалась тем, что происходит дома», — говорит она.
Рима осознавала, что на новом месте ей будет сложнее, но адаптироваться окажется легче, потому что у нее уже был опыт жизни в другой стране без родных.
«Адаптироваться здесь было несложно, так как до этого я год жила в США по программе FLEX и была к этому подготовлена. Потом полгода жила в Норвегии, училась там и за это время путешествовала, знакомилась с разными культурами. Я понимала, что культурный шок все же должен быть, так как осознавала разницу в культуре и менталитете. Я много слышала о немцах, но многое не соответствовало реальности.
Даже о пунктуальности транспорта в Германии. Но это не всегда так. Часто я опаздывала из-за того, что задерживался первый транспорт. Бывало, что опоздания составляли час, а не несколько минут. И стереотипы о немцах не соответствуют реальности, все люди индивидуальны. Я не живу в большом городе, Хемниц не многолюден, но отношение людей разное. Лично я не сталкивалась с плохим отношением к себе», — говорит Рима.
Однако в начале Риме Марангозян все же было сложно, потому что она плохо владела немецким языком.
«В начале был дискомфорт, потому что я плохо говорила по-немецки, а здесь, естественно, нужно знать язык. Это продолжалось первые несколько месяцев и влияло на меня. В работе сложностей нет, так как я работаю над международными проектами и мне нужен английский. В этом плане проблем нет, тем более мой руководитель тоже в свое время был эмигрантом из Румынии. Эта работа дает мне огромный опыт в направлении проектного менеджмента», — рассказывает Рима Марангозян.
Рима признается, что при возвращении в Грузию ей будет сложно найти работу по специальности. Но она уже и не планирует работать по профессии.
«Если сравнивать до и после, то в сфере, где я работала, есть большое упущение. Многие очень хорошие организации уже закрылись. Изменения, которые внесло правительство, вызывают много дискомфорта, особенно в сфере образования. Мне даже страшно наблюдать за этим со стороны. В Грузии нет изменений в сторону улучшения жизни. Я надеюсь, что хотя бы безвизовый режим с ЕС не отменят.
Раньше для молодежи было очень много интересных программ, был доступ в Европу, было больше перспектив, потому что организации, которые предоставляли такие возможности, практически перестали действовать. Лишь редкие НПО продолжают работать с молодежью. Думаю, те возможности, которые были у меня, у нынешней молодежи уже могут не появиться. Потому что кроме университета больше всего знаний и опыта я получила, участвуя в различных медиа- и образовательных тренингах», — говорит Рима.
